I prepared Explosive Runes this morning © V
Автор - Nasu Kinoko
перевод на английский - TakaJun, Arai
перевод на русский - lt.Day
читать дальше– … … …
Моё сознание распадалось. Дистанция всего в 100 метров казалась непреодолимой для меня.
– … … …
Обрушение пещеры – всего лишь вопрос времени.
По сводам пещеры ползли трещины, а сверху сыпались пыль и камни.
– … … …
Мои суставы не гнулись. Мне было больно передвигать ногами.
Я даже мог прекратить дышать, если отвлекусь хоть на секунду. Набравшись смелости, я сделал несколько вздохов, хотя к моему горлу был буквально прижат нож.
Я собирался дышать, несмотря на боль, которую мне причинит этот процесс, потому что люди не могли жить без кислорода.
Возможно, я и смогу передвигаться без кислорода, но я не мог жить не дыша.
– … … …
Как горячо.
Сотни мечей врастали в моё тело.
Мне не избежать смерти, что медленно убивала меня, вонзаясь в моё тело.
Но я и так знаю это.
Прямо как он и говорил.
Часовая бомба была запущенна в тот момент, когда я начал Копирование. Так что конец был предопределён.
– … … …
Мои ноги были слишком тяжелы. Я уже не знал, что я делаю. Моё сердце вскоре разобьётся вдребезги от боли, страданий и пустоты.
Но ещё чуть-чуть. Всё закончится, когда я его уничтожу.
На моём пути никого не было.
Больше никто не встанет на моём пути.
Однако.
– Ха… ха…
Тень колыхнулась.
Перед кратером, в котором находился Высший Грааль, стоял некто, освещённый тёмно-кровавым заревом.
–- Да. Похоже, нам обоим удалось выжить, Эмия Широ, – раздался голос, наполненный сильной волей.
В этом безжизненном мире этот человек стоял на моём пути так, словно это было уготовано мне судьбой.
– Ну и что ты тут делаешь? Ты уже ничего не сможешь сделать.
Я не спросил, почему он всё ещё жив.
Он умирал. В его теле не было магической энергии. Черное пятно растекалось там, где по идее должно быть его сердце. Его жизнь, как и моя, походила на песочные часы.
Я не слышал биения его сердца. Он долго не проживёт.
Котомине Кирей умрёт через несколько минут, даже если он не будет ничего делать.
– Не задавай вопросов на которые есть очевидные ответы. У меня есть одна цель – дать этому проклятью родиться.
– …Что? Ты не сможешь. Это существо не будет тебя слушать.
– Естественно. Я не могу его контролировать, но мне это и не нужно. Я же тебе сказал – я благословлю всё, что хочет родиться. Сейчас оно этого желает. Ведь разве не естественно пытаться защитить то, что ещё не родилось от того, кто хочет помешать рождению живого существа?
– …Ты спятил, Котомине?! И ты ещё пытаешься что-то говорить, хотя твоё тело умирает. Даже если твоё желание осуществиться, ты всё равно…
– Ты тоже. Здесь нет ни одного здравомыслящего существа. Как только мы достигнем своей цели, мы оба разделим одну судьбу. Ты его хочешь его уничтожить, а я – защитить. Не имеет значения кто преуспеет, так как мы не получим никакой выгоды от наших действий. Ты ведь шёл сюда, зная, чем для тебя это закончится.
…Это бессмысленная битва. Мы два сумасшедших, которые пришли сюда по собственной прихоти.
– …
Котомине не уйдёт в сторону.
Он не отступит, и я не могу начать Копирование пока он здесь. Копирование занимает время. Если я дам ему время для удара, он размозжит мне череп.
– … Почему? Почему ты зашёл так далеко, пытаясь его защитить? Когда он родится, ты не получишь ровным счётом ничего. Но почему?
Зачем, зачем он, находясь при смерти, своими глазами хочет увидеть Всё Зло этого Мира?
– Здесь нет места вопросам. Я делаю это ради своего удовольствия. Эмия Широ. В то время как ты радуешься, наблюдая счастье других людей… так я наслаждаюсь чужими страданиями.
– …
– Во-первых, зачем его убивать? Разве это не глупо судить и обвинять во зле то, что ещё не родилось? Если что-то хочет родиться, разве не будет актом любви помочь ему?
– Не пори чушь. Он уже убил многих. Я не позволю ему выбраться.
– Хо. Тогда позволь тебя спросить. Что есть зло, а что добро? Ты считаешь, что убийство – это акт абсолютного зла?
– Я…
…Я не смог ответить на его вопрос. Добро и зло уже ничего для меня не значили. Справедливость, в которую верил Эмия Широ, исчезла в тот момент, когда я решил спасти Сакуру.
– Всё в порядке. Нет ответа на этот вопрос. Такие уж существа – люди. Мы выбираем колеблющуюся правду вместо чёткого ответа. Мы изначально не знаем абсолютной истины. Каждый человек имеет предрасположенности к добру и злу. Но каждый твой поступок определяется тобой. Всё начинается с первого его шага, но у того, кто ещё не родился – нет никаких грехов. Мне казалось, я тебе уже это говорил.
– Да. Ты говорил, что новорождённый младенец безгрешен, даже если он – зло.
– Правильно. Люди становятся злыми или добрыми в процессе взросления. Ведь руководствуясь этим критерием – человек превосходит ангелов. Почему? Потому что есть люди, которые знают о зле, но не становятся им. Они отличаются от ангелов, что с рождения знают лишь Добро. В людях есть зло, но так как они могут жить, совершая добрые поступки, они превосходят ангелов, которые знают только Добро.
...И в это же время. Злые люди могут продемонстрировать свою добрую волю. Злые намерения на мгновения могут возникнуть в разуме святого. Вот оно, противоречие. Сосуществование добра и зла – вот он Святой Грааль, который делает из нас людей. Жизнь есть грех и наказание за этот грех – жизнь. В жизни есть и зло, и добро. Поэтому…
...что нельзя ставить под вопрос, так это то, что рождается – безгрешно. Ничто не рождается злым, этого никто не хочет. До того момента, как кто-либо родился, нельзя подвергать его наказанию.
Вот ответ Котомине.
Этот человек простил «Всё Зло этого Мира» лишь по этой причине.
– Почему ты собираешься его простить? Он существует лишь для того, чтобы убивать! Если мы знаем, что тысячи погибнут, если он выберется, для нас он будет несомненным злом!
– Да. Он – зло по своей природе. В конце концов, таким его создали. С самого начала он был рождён злым. Он не похож на людей. Это бог абсолютного зла… созданный человеком. Но хотя его действия и несут в себе зло, никто из нас не знает, как он к этому относится.
– Э?
Что Ангра Манью думает о собственных поступках?
– Да, ты правильно понял. Считает ли «Всё Зло этого Мира» свои действия «злом», или смеется и считает, что делает благое дело? Мы не можем этого определить. Если его разум похож на человеческий, и он ненавидит своё существование, тогда конечно он – зло. Но если он не сомневается в правильности своего решения, тогда это добро. В конце концов, все желали, чтобы он таким стал. Если он не видит ничего дурного в своих действиях, его нельзя считать злом.
– Чего?
– Да. Те, кто был ущербен с рождения. Никто не хотел их появления, даже до их собственного рождения. Это создание должно показать нам право на недостойную жизнь: значение рождения. Когда ничего не осталось, когда никого нет рядом, сможет ли это существо простить само себя? Мне нужен ответ на вопрос. Я хочу узнать, грех ли это – жить, как тебе хочется, если ты отличаешься от других. Чтобы узнать ответ на этот вопрос я убил твоего отца и спас Мато Сакуру. Я не могу найти ответ самостоятельно. Поэтому я желаю, чтобы рождение этого существа дало мне ответ.
…Вот моя цель, Эмия Широ. Я полная противоположность тебе, у которого нет желания для себя. Наши желания по своей природе одинаковы.
– …
Я не мог его понять. Я не мог понять чего он желает, и это оставалось чужим для меня.
Именно поэтому я понял одну вещь.
Чтобы добиться этого он…
– Ты использовал Сакуру? Ты использовал Сакуру для этого?!
Я сконцентрировал свой мутный взгляд и взглянул на священника глазами полными ненависти.
И…
– Да. Чтобы достичь этого, я убил многих. Поздно уже поворачивать назад. Я уже сказал тебе. Таков мой образ жизни. Я жил, пытаясь найти ответ на свой вопрос. Это невозможно изменить даже перед лицом смерти, – твердо ответило мертвое тело, и его глаза даже не моргнули.
– …
Хорошо сказано.
Он говорил так, словно было очевидно, что он ни о чём не сожалел. Словно был уверен, что он абсолютно прав.
– Я понял.
…И я действительно понял.
Мы противоречили друг другу. С того момента как я его встретил, я противопоставил себя ему.
А теперь я понял почему.
Мне не хочется этого признавать… но, похоже, Котомине Кирей мне нравится.
Я отчаянно пытался противопоставить его себе, я отрицал это, и так и не мог понять этого до самого конца.
Он говорил, что мы похожи друг на друга.
Теперь я понял почему.
Мы оба считали себя грешниками. Чтобы освободиться от грехов мы оба выбрали свой жизненный путь. Понимая, что мы прокляты, мы считали, что это единственный путь искупить наши грехи, и пытались достигнуть недостижимого спасения.
– Значит, ты не уйдешь с моего пути.
Если он такой же, как я, то не сойдёт.
Он не стремился реализовать свои желания, так как практически был мёртв.
Да. Он не защищал свои идеалы, потому что всё это в последний раз.
Он защищал их всю свою жизнь. До этого момента он жил лишь этим.
Даже если он умрёт через несколько минут, он просто не знает другого пути.
– …Хм. Теперь я могу выпустить весь мой гнев на свободу. Я не предполагал, что такое возможно, но сейчас я, наконец, понял это.
Он начал двигаться ко мне.
У нас обоих осталось не так-то много времени.
Поэтому мы завершим эту битву настолько быстро, насколько это возможно.
Перед смертью мы собираемся ликвидировать существование друг друга.
– Я завидую вам. Не важно, как я тщательно искал, я не мог этого найти. Несмотря ни на что, я не смог его обрести. Не важно чему я следовал, всё проскальзывало сквозь мои пальцы…
– …и сейчас я выпущу все мои эмоции на свободу.
Да. Этот человек, который не мог ничего обрести, несмотря на то, что он делал для этого всё – был пуст.
Он не мог найти ни частички счастья, не важно сколь долго и тщательно он искал. Всё что он вынес для себя из своей жизни, так это оберегание смерти. Как он мог отказаться от своего образа жизни сейчас?
– Да… прости, что зря тратил твоё время, Котомине.
Я вновь начал дышать.
Вталкивая воздух в лёгкие, я готовил своё тело к бою.
– Без разницы. Я здесь не единственный, у кого практически не осталось времени.
Энергия, дремавшая в теле Котомине, проснулась.
Это не будет битвой волшебников.
Наши тела уже мертвы.
Всё что мы можем использовать друг против друга – кулаки. Не осталось ни специальных техник, ни стратегии боя. Это была простая драка, но каждый хотел отнять у другого то единственное, что у него осталось. Его жизнь.
Он убьёт меня и реализует своё желание.
Я уничтожу его и вырву мечту у него из рук.
Мы оба поставили свою жизнь на кон.
И перед тем как моё время придёт, я убью его, и выжгу эту Тень.
Земля взорвалась у его ног, и он рванул на меня.
– Хааа!
В моих ногах не было так много сил, как у него.
Я пригнулся, сконцентрировал свой взгляд на его приближающейся грудной клетке и…
– !!!
Я выкинул свою руку, сжатую в кулак с такой скоростью и силой, что он никак не мог уклониться!
Но мой кулак угодил в воздух, и в то же время я пропустил удар.
– Гах…
Я не видел Котомине.
Вот это скорость. Враг, который рванул меня, исчез из моего поля зрения…
…ушёл влево, и вонзил свою ладонь прямо мне в живот…
И подбросил вверх меня быстрыми ударами обеих ног.
Его атаки были быстры как огонь.
Прошло уже довольно много времени с того момента, как я ощущал боль, которая способна была лишить меня сознания.
– Ги…
Насколько метров меня отбросило? Удар был настолько силён, что был способен оторвать мне голову. Нет, если говорить о силе удара, то второй удар по животу был настолько силён, что мог уничтожить мои внутренние органы.
– Ты…
Я знаю что это.
Кратчайшее расстояние без исходного движения. Окружность и линия. Всё это направлено на то, чтобы нанести больше повреждений внутри тела, чем снаружи.
– Священник, использующий китайскую борьбу?
И он был в ней хорош.
Он не мог её просто выучить…
– Нет, это всего лишь имитация. Обычная имитация… которой достаточно, если твой противник и так уже умирает.
Он развернулся ко мне.
– …!
Он вновь собирался нанести удар. Заставив свои конечности согнуться, я поднялся на ноги.
– …?
Но Котомине остановился и посмотрел на свой кулак. Он был весь в крови.
– Какое же у тебя неприятное тело. Похоже, тому, кто тебя атакует, придется подвергнуть риску и свою жизнь.
Это…
…цена за то, что он атаковал тело, созданное из мечей.
– Ха… хааа…
Я собрал своё сознание воедино, чтобы встретить врага.
Не имеет значения.
Он не перестанет атаковать, даже когда столкнулся с этими шипами смерти.
– Но, получается, выйдет неплохая гонка. Если вкратце, наш бой…
– …!
Котомине приготовился атаковать. Его натренированное тело, готовилось взорваться атакой.
– … не бой против противника, а бой против своего собственного тела!
Враг летел на меня.
Котомине много сильней меня.
Его кулаки не сломаются. И в этом случае песочные часы будут разбиты, до того, как последняя песчинка упадёт вниз.
– Ха…
Я продолжал смотреть на противника, который с каждым мгновением был всё ближе и ближе.
Я мог сделать лишь одно.
Я должен быть быстрее, чем раньше. Я должен наносить удары быстрее, даже если он будет уклоняться от них.
Всё что я слышу – стук сердца у меня в ушах.
Я не обращал внимания на трясущуюся пещеру и комья земли, что падали сверху.
Тот, кого я должен победить – передо мной.
Мне плевать на какие-то там тысячелетние желания и обрушение пещеры.
Для Эмии Широ…
Победить этого врага было последней оставшейся целью.
перевод на английский - TakaJun, Arai
перевод на русский - lt.Day
Всё Зло этого Мира
читать дальше– … … …
Моё сознание распадалось. Дистанция всего в 100 метров казалась непреодолимой для меня.
– … … …
Обрушение пещеры – всего лишь вопрос времени.
По сводам пещеры ползли трещины, а сверху сыпались пыль и камни.
– … … …
Мои суставы не гнулись. Мне было больно передвигать ногами.
Я даже мог прекратить дышать, если отвлекусь хоть на секунду. Набравшись смелости, я сделал несколько вздохов, хотя к моему горлу был буквально прижат нож.
Я собирался дышать, несмотря на боль, которую мне причинит этот процесс, потому что люди не могли жить без кислорода.
Возможно, я и смогу передвигаться без кислорода, но я не мог жить не дыша.
– … … …
Как горячо.
Сотни мечей врастали в моё тело.
Мне не избежать смерти, что медленно убивала меня, вонзаясь в моё тело.
I am the bone of my sword.
Но я и так знаю это.
Прямо как он и говорил.
Часовая бомба была запущенна в тот момент, когда я начал Копирование. Так что конец был предопределён.
– … … …
Мои ноги были слишком тяжелы. Я уже не знал, что я делаю. Моё сердце вскоре разобьётся вдребезги от боли, страданий и пустоты.
Но ещё чуть-чуть. Всё закончится, когда я его уничтожу.
На моём пути никого не было.
Больше никто не встанет на моём пути.
Однако.
– Ха… ха…
Тень колыхнулась.
Перед кратером, в котором находился Высший Грааль, стоял некто, освещённый тёмно-кровавым заревом.
– …Котомине Кирей.
–- Да. Похоже, нам обоим удалось выжить, Эмия Широ, – раздался голос, наполненный сильной волей.
В этом безжизненном мире этот человек стоял на моём пути так, словно это было уготовано мне судьбой.
– Ну и что ты тут делаешь? Ты уже ничего не сможешь сделать.
Я не спросил, почему он всё ещё жив.
Он умирал. В его теле не было магической энергии. Черное пятно растекалось там, где по идее должно быть его сердце. Его жизнь, как и моя, походила на песочные часы.
Я не слышал биения его сердца. Он долго не проживёт.
Котомине Кирей умрёт через несколько минут, даже если он не будет ничего делать.
– Не задавай вопросов на которые есть очевидные ответы. У меня есть одна цель – дать этому проклятью родиться.
– …Что? Ты не сможешь. Это существо не будет тебя слушать.
– Естественно. Я не могу его контролировать, но мне это и не нужно. Я же тебе сказал – я благословлю всё, что хочет родиться. Сейчас оно этого желает. Ведь разве не естественно пытаться защитить то, что ещё не родилось от того, кто хочет помешать рождению живого существа?
– …Ты спятил, Котомине?! И ты ещё пытаешься что-то говорить, хотя твоё тело умирает. Даже если твоё желание осуществиться, ты всё равно…
– Ты тоже. Здесь нет ни одного здравомыслящего существа. Как только мы достигнем своей цели, мы оба разделим одну судьбу. Ты его хочешь его уничтожить, а я – защитить. Не имеет значения кто преуспеет, так как мы не получим никакой выгоды от наших действий. Ты ведь шёл сюда, зная, чем для тебя это закончится.
…Это бессмысленная битва. Мы два сумасшедших, которые пришли сюда по собственной прихоти.
– …
Котомине не уйдёт в сторону.
Он не отступит, и я не могу начать Копирование пока он здесь. Копирование занимает время. Если я дам ему время для удара, он размозжит мне череп.
– … Почему? Почему ты зашёл так далеко, пытаясь его защитить? Когда он родится, ты не получишь ровным счётом ничего. Но почему?
Зачем, зачем он, находясь при смерти, своими глазами хочет увидеть Всё Зло этого Мира?
– Здесь нет места вопросам. Я делаю это ради своего удовольствия. Эмия Широ. В то время как ты радуешься, наблюдая счастье других людей… так я наслаждаюсь чужими страданиями.
– …
– Во-первых, зачем его убивать? Разве это не глупо судить и обвинять во зле то, что ещё не родилось? Если что-то хочет родиться, разве не будет актом любви помочь ему?
– Не пори чушь. Он уже убил многих. Я не позволю ему выбраться.
– Хо. Тогда позволь тебя спросить. Что есть зло, а что добро? Ты считаешь, что убийство – это акт абсолютного зла?
– Я…
…Я не смог ответить на его вопрос. Добро и зло уже ничего для меня не значили. Справедливость, в которую верил Эмия Широ, исчезла в тот момент, когда я решил спасти Сакуру.
– Всё в порядке. Нет ответа на этот вопрос. Такие уж существа – люди. Мы выбираем колеблющуюся правду вместо чёткого ответа. Мы изначально не знаем абсолютной истины. Каждый человек имеет предрасположенности к добру и злу. Но каждый твой поступок определяется тобой. Всё начинается с первого его шага, но у того, кто ещё не родился – нет никаких грехов. Мне казалось, я тебе уже это говорил.
– Да. Ты говорил, что новорождённый младенец безгрешен, даже если он – зло.
– Правильно. Люди становятся злыми или добрыми в процессе взросления. Ведь руководствуясь этим критерием – человек превосходит ангелов. Почему? Потому что есть люди, которые знают о зле, но не становятся им. Они отличаются от ангелов, что с рождения знают лишь Добро. В людях есть зло, но так как они могут жить, совершая добрые поступки, они превосходят ангелов, которые знают только Добро.
...И в это же время. Злые люди могут продемонстрировать свою добрую волю. Злые намерения на мгновения могут возникнуть в разуме святого. Вот оно, противоречие. Сосуществование добра и зла – вот он Святой Грааль, который делает из нас людей. Жизнь есть грех и наказание за этот грех – жизнь. В жизни есть и зло, и добро. Поэтому…
...что нельзя ставить под вопрос, так это то, что рождается – безгрешно. Ничто не рождается злым, этого никто не хочет. До того момента, как кто-либо родился, нельзя подвергать его наказанию.
Вот ответ Котомине.
Этот человек простил «Всё Зло этого Мира» лишь по этой причине.
– Почему ты собираешься его простить? Он существует лишь для того, чтобы убивать! Если мы знаем, что тысячи погибнут, если он выберется, для нас он будет несомненным злом!
– Да. Он – зло по своей природе. В конце концов, таким его создали. С самого начала он был рождён злым. Он не похож на людей. Это бог абсолютного зла… созданный человеком. Но хотя его действия и несут в себе зло, никто из нас не знает, как он к этому относится.
– Э?
Что Ангра Манью думает о собственных поступках?
– Да, ты правильно понял. Считает ли «Всё Зло этого Мира» свои действия «злом», или смеется и считает, что делает благое дело? Мы не можем этого определить. Если его разум похож на человеческий, и он ненавидит своё существование, тогда конечно он – зло. Но если он не сомневается в правильности своего решения, тогда это добро. В конце концов, все желали, чтобы он таким стал. Если он не видит ничего дурного в своих действиях, его нельзя считать злом.
– Чего?
– Да. Те, кто был ущербен с рождения. Никто не хотел их появления, даже до их собственного рождения. Это создание должно показать нам право на недостойную жизнь: значение рождения. Когда ничего не осталось, когда никого нет рядом, сможет ли это существо простить само себя? Мне нужен ответ на вопрос. Я хочу узнать, грех ли это – жить, как тебе хочется, если ты отличаешься от других. Чтобы узнать ответ на этот вопрос я убил твоего отца и спас Мато Сакуру. Я не могу найти ответ самостоятельно. Поэтому я желаю, чтобы рождение этого существа дало мне ответ.
…Вот моя цель, Эмия Широ. Я полная противоположность тебе, у которого нет желания для себя. Наши желания по своей природе одинаковы.
– …
Я не мог его понять. Я не мог понять чего он желает, и это оставалось чужим для меня.
Именно поэтому я понял одну вещь.
Чтобы добиться этого он…
– Ты использовал Сакуру? Ты использовал Сакуру для этого?!
Я сконцентрировал свой мутный взгляд и взглянул на священника глазами полными ненависти.
И…
– Да. Чтобы достичь этого, я убил многих. Поздно уже поворачивать назад. Я уже сказал тебе. Таков мой образ жизни. Я жил, пытаясь найти ответ на свой вопрос. Это невозможно изменить даже перед лицом смерти, – твердо ответило мертвое тело, и его глаза даже не моргнули.
– …
Хорошо сказано.
Он говорил так, словно было очевидно, что он ни о чём не сожалел. Словно был уверен, что он абсолютно прав.
– Я понял.
…И я действительно понял.
Мы противоречили друг другу. С того момента как я его встретил, я противопоставил себя ему.
А теперь я понял почему.
Мне не хочется этого признавать… но, похоже, Котомине Кирей мне нравится.
Я отчаянно пытался противопоставить его себе, я отрицал это, и так и не мог понять этого до самого конца.
Он говорил, что мы похожи друг на друга.
Теперь я понял почему.
Мы оба считали себя грешниками. Чтобы освободиться от грехов мы оба выбрали свой жизненный путь. Понимая, что мы прокляты, мы считали, что это единственный путь искупить наши грехи, и пытались достигнуть недостижимого спасения.
– Значит, ты не уйдешь с моего пути.
Если он такой же, как я, то не сойдёт.
Он не стремился реализовать свои желания, так как практически был мёртв.
Да. Он не защищал свои идеалы, потому что всё это в последний раз.
Он защищал их всю свою жизнь. До этого момента он жил лишь этим.
Даже если он умрёт через несколько минут, он просто не знает другого пути.
– …Хм. Теперь я могу выпустить весь мой гнев на свободу. Я не предполагал, что такое возможно, но сейчас я, наконец, понял это.
Он начал двигаться ко мне.
У нас обоих осталось не так-то много времени.
Поэтому мы завершим эту битву настолько быстро, насколько это возможно.
Перед смертью мы собираемся ликвидировать существование друг друга.
– Я завидую вам. Не важно, как я тщательно искал, я не мог этого найти. Несмотря ни на что, я не смог его обрести. Не важно чему я следовал, всё проскальзывало сквозь мои пальцы…
«То, что вы считаете счастьем…»
– …и сейчас я выпущу все мои эмоции на свободу.
«…является для меня ничем…»
Да. Этот человек, который не мог ничего обрести, несмотря на то, что он делал для этого всё – был пуст.
Он не мог найти ни частички счастья, не важно сколь долго и тщательно он искал. Всё что он вынес для себя из своей жизни, так это оберегание смерти. Как он мог отказаться от своего образа жизни сейчас?
– Да… прости, что зря тратил твоё время, Котомине.
Я вновь начал дышать.
Вталкивая воздух в лёгкие, я готовил своё тело к бою.
– Без разницы. Я здесь не единственный, у кого практически не осталось времени.
Энергия, дремавшая в теле Котомине, проснулась.
Это не будет битвой волшебников.
Наши тела уже мертвы.
Всё что мы можем использовать друг против друга – кулаки. Не осталось ни специальных техник, ни стратегии боя. Это была простая драка, но каждый хотел отнять у другого то единственное, что у него осталось. Его жизнь.
Он убьёт меня и реализует своё желание.
Я уничтожу его и вырву мечту у него из рук.
Мы оба поставили свою жизнь на кон.
И перед тем как моё время придёт, я убью его, и выжгу эту Тень.
Земля взорвалась у его ног, и он рванул на меня.
– Хааа!
В моих ногах не было так много сил, как у него.
Я пригнулся, сконцентрировал свой взгляд на его приближающейся грудной клетке и…
– !!!
Я выкинул свою руку, сжатую в кулак с такой скоростью и силой, что он никак не мог уклониться!
Но мой кулак угодил в воздух, и в то же время я пропустил удар.
– Гах…
Я не видел Котомине.
Вот это скорость. Враг, который рванул меня, исчез из моего поля зрения…
…ушёл влево, и вонзил свою ладонь прямо мне в живот…
И подбросил вверх меня быстрыми ударами обеих ног.
Его атаки были быстры как огонь.
Прошло уже довольно много времени с того момента, как я ощущал боль, которая способна была лишить меня сознания.
– Ги…
Насколько метров меня отбросило? Удар был настолько силён, что был способен оторвать мне голову. Нет, если говорить о силе удара, то второй удар по животу был настолько силён, что мог уничтожить мои внутренние органы.
– Ты…
Я знаю что это.
Кратчайшее расстояние без исходного движения. Окружность и линия. Всё это направлено на то, чтобы нанести больше повреждений внутри тела, чем снаружи.
– Священник, использующий китайскую борьбу?
И он был в ней хорош.
Он не мог её просто выучить…
– Нет, это всего лишь имитация. Обычная имитация… которой достаточно, если твой противник и так уже умирает.
Он развернулся ко мне.
– …!
Он вновь собирался нанести удар. Заставив свои конечности согнуться, я поднялся на ноги.
– …?
Но Котомине остановился и посмотрел на свой кулак. Он был весь в крови.
– Какое же у тебя неприятное тело. Похоже, тому, кто тебя атакует, придется подвергнуть риску и свою жизнь.
Это…
…цена за то, что он атаковал тело, созданное из мечей.
– Ха… хааа…
Я собрал своё сознание воедино, чтобы встретить врага.
Не имеет значения.
Он не перестанет атаковать, даже когда столкнулся с этими шипами смерти.
– Но, получается, выйдет неплохая гонка. Если вкратце, наш бой…
– …!
Котомине приготовился атаковать. Его натренированное тело, готовилось взорваться атакой.
– … не бой против противника, а бой против своего собственного тела!
Враг летел на меня.
Котомине много сильней меня.
Его кулаки не сломаются. И в этом случае песочные часы будут разбиты, до того, как последняя песчинка упадёт вниз.
– Ха…
Я продолжал смотреть на противника, который с каждым мгновением был всё ближе и ближе.
Я мог сделать лишь одно.
Я должен быть быстрее, чем раньше. Я должен наносить удары быстрее, даже если он будет уклоняться от них.
Всё что я слышу – стук сердца у меня в ушах.
Я не обращал внимания на трясущуюся пещеру и комья земли, что падали сверху.
Тот, кого я должен победить – передо мной.
Мне плевать на какие-то там тысячелетние желания и обрушение пещеры.
Для Эмии Широ…
Победить этого врага было последней оставшейся целью.
@музыка: F/HA OST - Hollow
@темы: Fate/stay night, Fate Translations, Heaven's feel (route)